Питьевая вода: что под этикеткой?

Любите источник...

В свое время мою бабушку, родившуюся в год смерти Ленина, сильно поразило (почти так же сильно, как нападение Гитлера на СССР) появление такого необыкновенного товара, как питьевая бутилированная вода.

На первом этапе жизни бабушка (тогда еще девочка) черпала и пила воду из колодца в рабочем поселке Маслянино. На втором этапе (девушка) в поселке появились водонапорные колонки. Это было чудесное достижение инженерной мысли! Потом бабушка, отличавшаяся активным характером, перебралась в Новосибирск и здесь сильно обрадовалась очередному чуду цивилизации - водопроводному крану в каждой отдельно взятой квартире пятиэтажного дома.

Долгое время считалось, что водопровод - лучший друг здоровья. Новосибирскую воду можно было пить хоть прямо из-под крана. В принципе, и до сих пор можно, но в целях особой гигиены и санитарии рекомендуется перед применением все-таки вскипятить.

Всю активную часть жизни бабушка пила эту воду, на здоровье особо не жаловалась. И тут вдруг - бутилированная питьевая вода! За деньги!!! За что, спрашивается, платить, если и в кране вода отвечает санитарным нормам? Ну и дураки же те, кто платит! Ведь рядом же есть бесплатное! Только кран отверни.

Теперь моя продвинутая бабушка из-под крана моет только посуду и пол. Ну, еще душ принимает. А для чая и супа используется вода из прозрачных бутылок (с финансированием помогают дети и внуки).

Посчитать, конечно, трудно. Но сегодня питьевой водой с достаточной степенью регулярности пользуются порядка двухсот тысяч жителей Новосибирска, для которых слово «здоровье» - не последний звук в системе ценностей.

Теперь о моих персональных сомнениях. Лично я всегда думал, что, если уж водку подделывают, то уж подделать бутилированную воду чего проще? Лей да лей из водопровода.

В прошлом году в Омске милицейские органы «накрыли» подпольный цех по розливу питьевой воды из крана прямо на кухне обычной квартиры.

И вот на прошлой неделе прозвучал первый сигнал из Новосибирска.

- Какую воду мы покупаем? - задался вопросом корреспондент во время очередного выпуска телевизионных «Вестей», - артезианскую, бутилированную или обычную водопроводную?

Сигнал был по поводу новосибирской компании «Росинка». Один из потребителей вроде бы унюхал в продукте хлорку. А хлор и бутилированная питьевая вода - две вещи несовместные. По крайней мере, согласно принятым санитарным стандартам.

«Вести» стали разбираться и установили, что 1) «...Нашу съемочную группу на завод «Росинки не пустили...» 2)...Водозабор для производства питьевой воды принадлежит СО РАН, отсюда обеспечиваются водопроводной водой жители Академгородка. 3) «Это общий городской водопровод, - сказал главный инженер Управления энергетики и водоснабжения СО РАН Владимир Запорощенко. - У «Росинки« никакой своей скважины там нет». 4)...По словам инженера Запорощенко, вода на водозаборе считается инфильтрационной, то есть грунтовой. Вода, выходя из скважины, проходит дополнительную обработку, в том числе и хлорирование... 5) «...По российским санитарным нормам, такая вода не может разливаться в бутылки. При этом закон не запрещает разливать воду после очистки...»

«ВН» решил разобраться с этими делами подробнее.

За первым комментарием мы обратились к генеральному директору ЗАО «Центр «Ритм» Никите Катешову. Именно это предприятие производит в Новосибирске воду марки «Росинка».

Никита Владимирович сообщил:

-...Действительно, был на прошлой неделе такой случай. Приезжают ко мне с телевидения и говорят: «Давайте мы снимем ваше производство». Мне скрывать нечего, но существует определенная этика. Могли бы позвонить заранее, договориться...

От автора. Я тут же поинтересовался у коллег по журналистскому цеху: как так, не пустили? Те говорят, что предварительно договаривался не только корреспондент «Вестей», но и очень известный в Новосибирске тележурналист, автор программы «Прецедент» Светлана Воронкова. Не пустили!

- Мы получаем воду с водозабора СО РАН по адресу Береговая, 1, - продолжает Никита Катешов. - О чем и сообщаем на этикетке... Там есть несколько скважин разной глубины. Эту воду обрабатывают согласно общим правилам. Она поступает по водопроводу на нашу производственную площадку, на улицу Кутателадзе, где и происходит основной процесс очистки... На Береговой вода подвергается обработке гипохлоритом натрия, но после нашей очистки вся эта хлорная химия нейтрализуется, о чем есть соответствующие заключения контролирующих органов. На выходе хлора нет...

Главный инженер МУП Управление энергетики и водоснабжения СО РАН Владимир Запоро-

щенко говорит по этому поводу следующее: «...Это общий водопровод, у них есть ввод в здание, которым они пользуются. Берут воду из водопровода, будем говорить так. А то, что они пишут, что вода артезианская и указывают скважины «Береговой, 1«, так у нас на это они разрешения не брали».

Еще один вопрос: правомерно ли называть «Росинку» водой именно артезианской?

Никита Катешов ссылается на действующий государственный стандарт, согласно которому к артезианской относится вода из любых подземных источников.

Но ведь в данном случае вода все равно проходит через общий водопровод. Опять же гипохлорит... На сайте той же самой «Росинки» представлен еще один документ. А именно, постановление главного санитарного врача РФ Г. Онищенко, из которого следует, что «не допускается применение препаратов хлора для обработки питьевых вод, предназначенных для розлива...»

Ставить точку в нашем беглом расследовании рано. Возможно, Новосибирск - не Омск, где разливают воду на кухне. Но разобраться в категориях стоит. Артезианская - не артезианская? Хлорированная - не хлорированная? Водопроводная - не водопроводная? Вода - дело серьезное: это вам не водка!

С точки зрения закона, разобраться в этом вопросе непросто. Так что потребителю остается внимательно читать этикетки, но помнить, что, возможно, там есть что-то между строк.

Моя бабушка продолжает варить суп из подземных источников... И вам здоровья...

Любите воду, источник здоровья!